Первый чат-бот появился в 1966 году в Массачусетском технологическом институте. Вейценбаум назвал программу «Элиза» — в честь героини пьесы Бернарда Шоу «Пигмалион», как символа иллюзорности. Программа должна была лишь создавать впечатление осмысленного общения, а не действительно понимать человека.
Знаменитым сценарием работы «Элизы» был виртуальный психотерапевт. Если собеседник писал: «Мне грустно», программа отвечала вопросом: «Почему вам грустно?» или «Расскажите об этом подробнее», побуждая продолжать разговор.
По современным меркам «Элиза» была устроена очень просто. Она не понимала смысла сказанного, не запоминала предыдущие сообщения и не училась в процессе разговора. Программа разбирала текст, искала в нем ключевые слова и сопоставляла их с заранее заданными правилами. Если находилось совпадение, она подставляла подходящий шаблон ответа. Если нет — использовала универсальные реплики, чтобы продолжать общение.
Несмотря на это, многие начинали воспринимать «Элизу» как настоящего собеседника и рассказывали ей о личных переживаниях. Позже этот феномен и получил название «эффект Элизы» — склонность человека приписывать компьютерной программе понимание, эмоции и намерения, которых у нее на самом деле нет.
Именно реакция людей изменила отношение самого Вейценбаума к искусственному интеллекту. Он считал, что компьютеры могут помогать человеку с вычислениями и обработкой данных, но не должны принимать решения, требующие опыта, эмпатии и моральной оценки.
Современные чат-боты работают иначе. В отличие от «Элизы» они не ограничены фиксированным набором правил и не требуют ручного составления сценариев. Тем не менее все эти возможности являются следствием вычислительной сложности и объема обучающих данных, а не проявлением понимания или интеллекта.